А помнишь, Толик, в девяностых —
Приватизация, дефолт —
Когда поджар, рыжеволос ты,
Страну, спасая от коросты,
Выкручивал последний болт…

Разболтанная вдрызг держава
Тогда пустила всё в расход,
Переобулся Окуджава,
Тебя же не душила жаба —
И не задушит, не убьёт…

На государственной работе
Ты, как солома, сух и жёлт,
Себя ты посвятил заботе
Согнуть планшет. Прости, Авдотья,
Тут посложней, чем наноболт…

Гнутью и гибке поддаётся
Планшет, но скверный оборот:
Он весь сначала напряжётся,
Потом хрустит и громко рвётся…
Совсем не так, как гнётся болт…

Пристроились враги народа
И на народ забили болт,
Что их разнежило? Погода?
В Сибири много кислорода —
Хватило бы на всех щеколд…

Над дверью пусть висит подкова
С татуировкой ВВП,
Спасёт ли от плохого слова,
Что начинается на «П»!?

Люблю страну без предрассудка,
Я настоящий патриот,
Но я, простите, раб желудка…
Вам пофиг, если раб умрёт?

Сейчас и здесь – вот наши мысли,
Когда мы по воду идем,
То два ведра на коромысле
И два в руках еще несём…

Гнобит подонков-англосаксов
Сейчас любой, кому не лень,
А Сечин получает баксов
Под восемьдесят тысяч в день…

Сын рядом с папой в нефтелёте —
Ребёнок: ясный, чистый взор,
И награждать соплю в полёте —
Недальновидный перебор…

Уже следить бедняга-разум
За котировками устал —
Что происходит с нашим газом,
Куда девался капитал?

Недалеко, он в Зазеркалье
Рабам туда запретен вход…
Лишь Сечин, Миллер, Греф-каналья
И горстка питерских господ
Ключи имеют от ворот…

Над дверью пусть висит подкова
С татуировкой ВВП,
Спасёт ли от плохого слова,
Что начинается на «П»!?

Процветает нынче Питер,
Баловень судьбы —
Предприимчивый кондитер
Делает гробы…

Всё в семью, откуда прибыль
Глубоко плевать —
Удивил enfant terrible
Даже евромать…

И офшор — приятный глазу
Липецкий актив,
Так и не закрыл ни разу
Клятву преступив…

Крохи выклянчив у мамок
На материке —
Он опять воздушный замок
Строит на песке…

А как выпьет водки литр,
То гнобит Ростов…
Фейсбук кипит и Твиттер
От его постов…

В памяти зияет рана —
Дьявольский сюжет
Про бессмысленность майдана
И ненужность жертв…

Родина невестки – Питер,
Русскую жену
Выбрал сын и ноги вытер
О свою страну…

В пышной разношерстной свите
Бродят абы кто —
Пастор есть, он же пресвитер
И отец АТО…

Что ты сделал с Украиной
Продал ни за грош…
Дело пахнет гильотиной —
Если доживешь…

Я, конечно, не мессия,
Но войны абсурд
Признавала и Россия
Вспомни Хасавюрт…

Должен быть подход мужицким
Только он в чести —
Ты Захарченко с Плотницким
Лично навести…

Отложите без условий
Спор о дележе —
Столько понапрасну крови
Пролито уже…

В памяти зияет рана —
Дьявольский сюжет
Про бессмысленность майдана
И ненужность жертв…

Точка. С нового абзаца
Продолжаем жизнь –
Будем верить, улыбаться
И – долой фашизм!

Смотрите: недочеловек!
Скотина, деланная пальцем,
Далекий первобытный век
Аукнулся неандертальцем…

Их – тысячи, таких, как он,
Которых мать недоносила…
У них в крови один закон
Крысиный — правит злая сила…

Творит полнейший беспредел
Ненаказуемое стадо,
Все при делах и не у дел
И никому оно не надо…

Попробуй перевоспитать —
Там кость. Мозг через уши вытек…
Успешно формирует рать
По фазе сдвинутый политик…

Сейчас куражится сатрап,
Но скоро — Бог тому свидетель:
Закончится лихой этап,
Воздастся тем, кто сир и слаб
И воцарится добродетель…

На свет явились не доношены
Таких, как вы, душить в зародыше
Ваш царь Горох, а вы – горошины —
Хамелеоны-перевертыши…

Что наваяли вы, ваятели,
Когда у вас душа иудина,
Не там, не то вы конопатили —
На дно вот-вот пойдет посудина…

На западе коллеги жвачные
Не подадут до воскресения —
Смотрите, как сверкают алчные
Через очки зрачки Арсения…

А с виду кажется девицею
И неприступною, и гордою —
Обман: похлебку с чечевицею
Он перевел в валюту твердую…

Давно пора уже мучителей
На принудительное – в госпиталь,
Страну вот жаль, а пуще жителей,
Спаси и сохрани их, Господи!

Русскому народу посвящается

Поймал старик огромную меч-рыбу,
Решил Господь его вознаградить,
Но рано ликовать – на том спасибо,
Что удалось до берега доплыть…

Причалил он, преодолев все муки —
Голодный, жаждущий — весь измождён —
Пройдут года – найдутся, скажут суки:
«Что он не победил, а побеждён…

Улова нет, одни сплошные кости
От рыбы не такой уж и большой,
К тому ж, давно зарытой на погосте,
Пора остыть и сердцем и душой…»

Крепись старик, мой дорогой Сантьяго,
Стряхни, как перхоть, груз обидных слов —
Ждут впереди нас неземные блага
И умопомрачительный улов…

Бойцы, что кричат:  «Аллаху акбар!»,
Одних убивают под этот крик,
Других как рабов ведут на базар…
Простит Вас Аллах??! Ведь он велик!!!

Президентская власть,
Ты доводишь до блажи,
Но не хочется даже
Ни отнять, ни украсть…

Это та же тюрьма –
Утром чай и галеты,
А потом на галеры
И грести дотемна…

«Как уже забодал», —
Говорим по старинке,
А он бьется на ринге
И ни пяди не сдал…

Как он вставил дрозда
Сахалинскому бонзе,
Но почившему в бозе
Не грубил никогда…

Как он поднял с колен
Что «накрывшись» лежало,
Что жужжало — сбежало
И рыдал Гуинплен…

Президентская власть,
Ты доводишь до блажи,
Но не хочется даже
Ни отнять, ни украсть…

Это та же тюрьма –
Утром чай и галеты,
А потом на галеры
И пахать дотемна…