Творчество NIALEX
Поутру собрав чуть свет
Безопасности Совет.
Путин только и спросил
Про расклад спортивных сил.
Шойгу тихо доложил:
— Информатор ВАДА жив.
— Ну, не мне вам объяснять,
Надо как-то порешать.
Ищут Родченкова все
Кто в ООН, а кто в ПАСЕ…
Не найдут. Подался он
В стольный город Вашингтон —
Там вдвоём со Скрипалём
В Белом доме под столом
На двоих одна скамья —
Зарождается семья.
В горле ком и умер смех,
Хоть бы день прошёл скорее,
Громко празднуют успех
Украинские евреи.
Визави — тонка кишка,
Каются и серут глиной,
Действуют исподтишка
По натуре шакалиной.
Что ни критик, то еврей,
Что ни воин, то диванный,
Вонь идёт со всех щелей
Пропасти обетованной.
В горле ком и умер смех…
В задний проход изнасилован женщиной
Петр давно жил с зияющей трещиной,
Став с удовольствием жертвой эротики,
Бросил бухать, пересел на наркотики.
Плотно сидел год на амфетамине
И траванулся. Сейчас он в Берлине.
В больницу от трапа его волокло
Над ним надругавшееся Толокно…
Что ожидать от мужчины-бревна?
Новых заёбов и много говна.
Ад уготован старушке, похожей на Шапокляк,
К ней подойдет Маккейн (тоже сенатор) от скуки:
— Какими судьбами?
— Я родила Собчак.
— И что?
— Осуждена на вечные муки.
Как наложница гарема
Лижет жопу дяди Сэма,
Лижет то, что по колено
И причмокивает Лена.
Лижет денно, лижет нощно,
Обалденно лижет, мощно.
Так нажива ею движет –
Скоро дО смерти залижет.
Лижет вместе с ней богема…
Я боюсь за дядю Сэма.
https://cont.ws/@navalny/736830
Парафраз песни «Оренбургский пуховый платок»
(петь голосом Л. Зыкиной).
Я себя революцией чищу,
И во всем только правду ищу,
Потребляю здоровую пищу,
Размышляю и твиты пощу.
Прикорнул на романе «Что делать?»
И во сне говорила мне мать:
— Мой сынок, где-то лет через девять
Ты Россией начнешь управлять.
В Штатах я задыхаюсь от счастья,
Это вам – не прогорклый совок,
А еще — я люблю возвращаться
В Люксембуржский родной теремок.
Мне понравился «Троцкий» с Хабенским,
Он местами блистательно груб,
И с характером жёстким, но женским,
Не понравилось про ледоруб.
Интересная в Йеле программа,
Я б и сам стать профессором мог,
Но зовёт меня из Инстаграма
Люксембуржский родной теремок.
Мы сдадим самый главный экзамен,
Мы посадим ворьё под замок,
Я мечтаю, а перед глазами —
Люксембуржский родной теремок.
Осень уже за окном —
Шорох листвы,
Тесто взбивает с говном
«Эхо Москвы».
Много работы с утра
В жаркой печи
Булки пекут повара
И куличи.
Не отдыхал со вчера,
Красный, как рак,
Шеф выдаёт на-гора
Сто кулебяк.
Пусть кто не хочет — не ест,
Раз прихотлив,
Скучно, товарищи, без
Альтернатив.
Найдено подтверждение в киевском кабинете
Факта, что человек произошёл от обезьяны,
В связи с этим открывается в Университете
Кафедра изучения ушей Супрун Ульяны.
Кого напоминает Мэй:
Гадюку, крысу или жабу?
Нет, неуклюжую, скорей,
Закомплексованную бабу.
Мэй хочет получить маржу
И всех пытается запутать…
В брезентовую паранджу
Её давно пора закутать.
Грубее Насреддин Ходжа
Сказал болтливейшей из жён:
— Тут не поможет паранджа,-
И закатал ее в бетон.
Мудрец на высоком холме
Один в разноцветной чалме
Сидит без еды, без воды —
Лишь перебирает лады.
По-над головой небеса,
Под ним города и леса,
По морю плывут корабли
И сучек ебут кобели.
Не наоборот, черт возьми,
Кончается сок у земли,
Как душит пшеницу стерня,
Так губит животных херня.
У рая поёт на краю
Любимую песню свою
О том, как одни караси
Вольготно живут на Руси.
Ему уже всё по плечо,
Ни холодно, ни горячо.
Сидит на высоком холме,
Но плед подготовил к зиме.